Юмористические фотографии с головами
Как только в 19 веке фотография была усовершенствована для использования широкой публикой, художники и другие специалисты начали манипулировать изображениями. Начиная с дагерротипов, фотографы использовали двойные экспозиции для создания юмористических эффектов. Фотографы комбинировали изображения с разных негативов для создания новинок фотографий. Безголовые фотографии были чрезвычайно популярны. Фотографы и специалисты по ретуши соскребали свою пленку ножами, рисовали или рисовали поверх нее.
Портретная фотография
О, эти милые, кремовые, гладкие лица викторианской эпохи. Но были ли они на самом деле? Сегодня, чтобы придать нашим селфи персики и кремовое сияние, мы часто используем в своих мобильных телефонах такое приложение, как функция «смягчить лицо».
В 1800-х годах «доминирующую» фотопечать в то время называли альбуминно-серебряной печатью, и ее изготавливали путем покрытия бумаги смесью яичного белка и соли и погружения ее в нитрат серебра. Затем бумагу помещали в контакт с негатива и воздействия света. Прежде чем печатать свои фотографии, фотографы использовали карандаши, чтобы вручную поцарапать штрихи на самих негативах. Они разработали различные методы царапин либо для затенения, либо для выделения своих изображений — например, они использовали штраф карандаш, чтобы добавить блики, или тупой карандаш и техника «штриховки», чтобы осветлить части лица.
Фактические негативы выглядели довольно странно. Лица людей казались поцарапанными, потрескавшимися или выбитыми, в зависимости от техники фотографа. Но царапины не появились в окончательном варианте. Вместо этого небольшие царапины проявлялись как тень, определяющая скулу, или как здоровое свечение, создавая карандашом некоторые из тех же эффектов, которые сегодняшние фоторедакторы достигают цифровым способом.
Гюстав Флобер: афоризмы и цитаты
Гюстав Флобер (1821 — 1880) — французский писатель, считается одним из крупнейших европейских прозаиков XIX века. Наиболее известное произведение — «Мадам Бовари»
Без стремления к идеальному не существует правды.
Вкус определяется как особое дарование, быстрота суждений, умение различать оттенки прекрасного.
Воображение – это способность, которую скорее надо сжимать, чтобы придать ей силу, чем расширять, дабы она обрела протяженность.
Для каждого нравственная ценность искусства заключается в том, что соответствует его интересам.
Последовательность создает стиль, так же как постоянство создает силу.
Сюжет ничего не значит, все зависит от исполнения.
Чтобы иметь талант, нужна уверенность, что его имеешь.
Высокие идеи, подобно елям, произрастают в тени и на краю пропастей.
Хорошая проза должна быть столь же точна, как стих, и столь же звучна.
Точность мысли обусловливает точность выражений.
Всякая душа измеряется огромностью своего стремления.
Необычайные чувства порождают высокие творения.
Истина должна постигаться сердцем.
Читайте также:
Как ни жалок вымысел, он все же больше стоит, чем гнусная действительность.
Главным достоинством писателя является знание того, о чем писать не нужно.
Чем прекраснее мысль, тем звучнее фраза.
Тему не выбирают. Вот чего не понимают ни публика, ни критики. В том и состоит секрет шедевра, что тема есть отражение темперамента писателя.
Муза, сколь бы несговорчива она ни была, причиняет меньше огорчений, чем женщина.
Шутка – самая могучая сила на свете и самая грозная, она неотразима – нет суда, который мог бы призвать ее к ответу ни за повод, ни за вызвавшее ее чувство – то, что осмеяно, то мертво – смеющийся сильнее опечаленного.
В стиле, как в музыке, самое прекрасное и самое редкое – это чистота тона.
Когда уважаешь свой талант, не станешь прибегать к средствам, которыми завоевывают толпу.
Страсти – это лучшее, что есть на земле, это источник героизма, восторга, поэзии, музыки, искусства, решительно всего.
-
Читайте также:
Страсти наши – как вулканы: гул слышен постоянно, извержения бывают лишь временами.
Все несчастья проистекают от принуждения. При свободном проявлении страстей наступает гармония.
Для натур, склонных к крайностям, опасности излишества не существует.
Лучшее средство жить спокойно и свободно – устроиться на вершине пирамиды, все равно какой, лишь бы высокой и с прочным основанием. Там не всегда весело, и ты там совсем одинок, зато можно утешаться – плевать с высоты.
Глупость – нечто несокрушимое. Кто ее атакует, сам об нее разбивается.
Есть люди, назначение которых состоит в том, чтобы служить посредниками: через них переходят, как через мост, и идут дальше.
Будущее нас тревожит, а прошлое нас держит. Вот почему настоящее ускользает от нас.
Глубокие чувства похожи на порядочных женщин: они страшатся, что их разгадают, и проходят по жизни с опущенными глазами.
Женщина, принесшая огромные жертвы, может позволить себе некоторые прихоти.
Женщины вдохновляют мужчин на великие подвиги, но не оставляют времени на их исполнение.
Сердце женщины – ларец с секретом, со множеством ящичков, вставляемых один в другой; стараешься изо всех сил, ломаешь ногти – и наконец находишь высохший цветок, хлопья пыли или пустоту.
Я думаю, что успех у женщин – это, как правило, признак посредственности.
Время от времени надо немного поскрести себе сердце скребком шутовства, чтобы очистить его от коросты.
Любая мечта в конце концов находит себе воплощение; для всякой жажды есть свой источник, и для всякого сердца – своя любовь.
Мысль – острейшая из разновидностей сладострастия – само сладострастие всего лишь воображение – случилось ли вам наслаждаться въявь сильнее, чем в мечтаниях?
Счастье – красный плащ с подкладкой из лохмотьев: когда хочешь укутаться в него, всё разлетается по ветру, и остаешься запутанным в холодную ветошь, которая обещала так много тепла.
Идея счастья – почти единственная причина всех человеческих бед.
Быть дураком, эгоистом и обладать хорошим здоровьем – вот три условия, необходимые для того, чтобы быть счастливым. Но если первого из них не хватает, то остальные бесполезны.
Человеческая речь подобна треснутому котлу, и когда нам хочется растрогать своей музыкой звезды, у нас получается собачий вальс.
Неистовое стремление к выводам – одна из самых печальных и самых бесплодных маний, свойственных человечеству.
Благополучие рода человеческого не может служить утешением для отдельной личности.
Человек отрицает природу, сокрушает ее, подавляет ее, подавляет ее даже в своем теле, которого он стыдится и прячет, словно преступление.
Ничто не внушает мне такого презрения к успеху, как мысль о том, какой ценой он достигается.
Ничто так не устрашает и не утешает одновременно, как предстоящий долгий труд.
Слишком точное следование правде вредит красоте, а чрезмерная приверженность красоте искажает правду.
Есть две разновидности тщеславия: тщеславие общественное и тщеславие частное, зовущееся спокойной совестью, человеческим достоинством, самоуважением, – настолько справедлива истина, что в каждом из нас живут два человека: тот, кто действует, и тот, кто судит.
Иные недостатки, безразличные или нетерпимые в одном человеке, восхищают в другом.
Есть нечто более неприятное, чем резкое критическое замечание, – это неуклюжая похвала.
Иные могли бы иметь куда больше достоинств, если бы к ним не стремились нарочито.
Добродетель не что иное, как дальновидность.
Всякий инстинкт раздваивается, образуя начало хорошее и дурное.
Нет идиота, который не думал бы, что он великий человек, нет такого осла, который, созерцая себя в реке, не смотрел бы на себя с удовольствием и не находил бы у себя черт скакуна.
Постараемся же понять всё и ничего не осуждать. Вот способ многое узнать и сохранять спокойствие.
Незаурядные люди могут заниматься любым делом, не роняя себя.
Ничего великого нельзя совершить без фанатизма.
Невежество – оборотная сторона гордости.
Раскаиваться хорошо, но не делать зла – еще лучше.
Уныние порождается однообразием бесцельного, беспросветного существования.
Разочарование – свойство слабых. Не доверяйте разочарованным – это почти всегда бессильны.
Сердце в своих привязанностях, как человечество в своих идеях, непрестанно расширяется кругами.
То, что понимают плохо, часто пытаются объяснить с помощью слов, которых не понимают.
Цинизм – это ирония порока.
Небытие, ожидающее нас в будущем, ничуть не страшнее того, что осталось позади нас.
Сила есть свойство, которым наслаждаешься лишь в том случае, если его расходуешь.
Уверенность в полной безопасности придает отваги.
До идолов дотрагиваться нельзя – позолота пристает к пальцам.
Есть глуповатая аксиома, гласящая, что слово выражает мысль – было бы справедливее сказать, что слово искажает мысль.
Радость бывает подчас печальна, а печаль – радостна.
Искусство надо любить ради самого искусства, иначе лучше заняться любым другим ремеслом.
Найти форму, вполне соответствующую замыслу, – вот секрет создания шедевров.
Долг заключается в том, чтобы понимать великое, поклоняться прекрасному, а вовсе не в том, чтобы придерживаться разных постыдных условностей.
Если какое-либо заблуждение существует сто тысяч лет, из этого не следует, что в нем заключается истина.
Искусство – самое высокое проявление души.
Если есть на земле и среди всех ликов небытия верование, достойное преклонения, если есть что-то светлое, чистое, возвышенное, что-то, говорящее нашей неудержимой тяге к бесконечному и смутному, зовущееся на нашем языке душой, – это искусство.
Прошлое – это то, чего уже нет; будущее – то, чего еще нет; настоящее абсолютно мимолетно, оно беспрестанно движется, а искусство вынимает из этого потока то или другое явление и делает его вечным.
Прекрасное нерушимо и неизменно, но мы не знаем его законов, ибо происхождение его таинственно.
Нужно всегда надеяться, когда отчаиваешься, и сомневаться, когда надеешься.
Фотографии с мертвыми людьми
В 19 веке люди чаще умирали дома, в окружении друзей и близких. Смерть была менее антисептична, и смертей было гораздо больше. В Викторианскую эпоху, до появления современной медицины, вакцин, пенициллина и понимания болезней и эпидемий, люди жили не так долго и часто умирали от причин, которые уже не представляли большой угрозы для населения.
Имея такой разный опыт переживания смерти, викторианцы имели несколько совершенно разных способов борьбы с ней. Например, с фотографией. Начиная с появления дагерротипов в 1839 году, здесь сложился обычай увековечивать память ушедших близких, фотографируя их, во многих случаях инсценируя изображения так, как если бы умершие были еще живы — как способ одновременно дать признание умершим и притупить остроту горя.
В образах, которые одновременно тревожат и странно пронзают, семьи позируют с умершими, младенцы кажутся спящими, а чахоточные молодые леди элегантно откидываются назад, болезнь не только лишает их жизни, но и увеличивает их красоту. Фотографии memento mori — буквально означающие «помни, что ты должен умереть» — имели несколько форм и существовали задолго до викторианских времен.
В некоторых случаях художники рисовали открытые глаза поверх закрытых век покойного. В результате исследователи часто затрудняются определить, какие из этих фотографий изображают умерших младенцев.
Позже, в викторианский период, фотография продвинулась до такой степени, что стали возможны простые, похожие на фотошоп штрихи. После того, как картина была проявлена, такие вещи, как розовые щеки, могли быть нарисованы, чтобы сделать умершего более похожим на живого.
Фразы и мысли. Европа и США, 19 век
Англия и Ирландия
Бенджамин Дизраэли
Ночь темнее всего перед рассветом.
Никогда не давать объяснений, никогда не выражать сожалений. Never explain, never complain.
Поговорите с человеком о нём, и он будет слушать вас часами.
Все приходит для того, кто умеет ждать.
Если вы хотите завоевать человека, позвольте ему победить себя в споре.
Как правило, наибольшего успеха добивается тот, кто располагает лучшей информацией.
Больше, чем любовь, возбуждают только деньги.
Дворцы не могут быть в безопасности там, где несчастливы хижины.
Я всегда полагал, что каждая женщина должна быть замужем, но ни один мужчина не должен жениться.
США
Ральф Уолдо Эмерсон
Мир открывает двери перед тем, кто знает, куда идет.
Не тратьте попусту жизнь на сомнения и страхи.
Мы становимся тем, о чем думаем целыми днями.
Чрезмерным может стать все.
Авраам Линкольн
Кем бы ты ни был — будь лучше.
Большинство людей счастливы настолько, насколько они решили быть счастливыми.
Люди, не имеющие недостатков, имеют очень мало достоинств.
Нельзя сдаваться не только после одного, но и после ста поражений.
Книги нужны, чтобы напоминать человеку, что его оригинальные мысли не так уж новы.
Я побеждаю своих врагов тем, что превращаю их в друзей.
Когда я делаю добро, я чувствую себя хорошо. Когда я поступаю плохо, я чувствую себя плохо. Вот моя религия.
Мы не поможем людям, делая за них то, что они могли бы сделать сами.
Никто не будет восхищаться человеком, который оступился. Но достоин восхищения тот, кто смог подняться.
Если вы держите слона за заднюю ногу, и он вырывается, самое лучшее — отпустить его.
Овца и волк по-разному понимают слово «свобода», в этом сущность разногласий, господствующих в человеческом обществе.
Если бы у меня было восемь часов на то, чтобы срубить дерево, я потратил бы шесть часов на то, чтобы наточить топор. If I had eight hours to chop down a tree, I’d spend six hours sharpening my ax.
Я иду медленно, но зато я никогда не двигаюсь назад.
Такт — умение описать других так, как они видят себя сами.
Брак — и не рай, и не ад, это просто чистилище.
Если выпивка и приносит вред, то вред этот проистекает не от употребления плохой вещи, а от плохого употребления хорошей вещи.
Я могу быть не согласен с вашим мнением, но я готов отдать жизнь за то, чтобы вы имели право его высказывать.
Джеймс Рассел Лоуэлл
Вопрос: „Для чего это нужно?“ — задаваемый исключительно с точки зрения здравого смысла, может привести к уничтожению роз и триумфу капусты
Франция
Жозеф Жубер
Вместо того чтобы жаловаться на шипы у розы, я радуюсь тому, что среди шипов растет роза.
Быть свободным — это не значит делать то, что хочешь, а то, что считаешь наилучшим.
Лучшие законы рождаются из обычаев.
Непринужденность общения нравится даже если она не сопровождается добротой, с добротой она очаровывает.
Удивительное удивляет лишь раз, а восхитительное с каждым разом восхищает все больше.
Всякое излишество портит или нравы, или вкус.
Обучать — значит учиться вдвойне.
Убедить можно лишь в том, в чем люди хотят убедиться.
Истина подобна небу, а мнения — облакам.
Никогда не обрезайте того, что вы можете развязать.
Не выбирай женой женщину, которую ты бы не выбрал другом, будь она мужчиной.
Слова разговорчивого идут изо рта, слова красноречивого – из души.
Искусство есть способность видеть невидимое, осязать неосязаемое и рисовать то, что не имеет облика.
Дельфина де Жирарден
Только интонация убеждает
Альфред де Мюссе
Женщина — ваша тень: когда вы идете за ней, она от вас бежит; когда же вы от нее уходите — она бежит за вами.
Если женщина хочет отказать, она говорит «нет». Если женщина пускается в объяснения, она хочет, чтобы ее убедили.
Если моё имя начертано в уголке Вашего сердца, не стирайте его, каким бы слабым и бледным ни был его отпечаток…
Все мужчины — лжецы, болтуны, лицемеры, гордецы и трусы, похотливые, достойные презрения. Все женщины — хитрые, хвастливые, неискренние, любопытные и развратные. Но самое святое и возвышенное в мире — это союз этих несовершенных, отвратительных существ.
Физические упражнения могут заменить множество лекарств, но ни одно лекарство в мире не может заменить физические упражнения.
Мой стакан невелик, но я пью из своего стакана.
Неизвестность — самая мучительная из всех пыток.
Германия
Артур Шопенгауэр
Умные не столько ищут одиночества, сколько избегают создаваемой дураками суеты.
Единственный мужчина, который не может жить без женщин, — это гинеколог.
Посредственность озабочена тем, как бы убить время, а талант — как бы время использовать.
Истинный характер человека сказывается именно в мелочах, когда он перестает следить за собой.
Человек — единственное животное, которое причиняет другим боль, не имея при этом никакой другой цели.
Мы редко думаем о том, что имеем, но всегда беспокоимся о том, чего у нас нет.
Общительность людей основана не на любви к обществу, а на страхе перед одиночеством.
Георг Вильгельм Фридрих Гегель
Ничто великое в мире не совершается без страсти.
Счастлив тот, кто устроил своё существование так, что оно соответствует особенностям его характера.
